* Всего материалов на сайте:3,107

Нанотехнологии и их продвижение

01.05.10

Старые знакомые

Нанотехнологии как отдельная отрасль сложились недавно, и до сих пор в мире нет четкого представления, что такое нанопродукт и нанопроизводство. В Еврокомиссии даже была создана специальная группа, которой дали 2 года на то, чтобы разработать классификацию нанопродукции. Считать ли нанопродуктом компьютер? Ведь без чипа, который является нанопродуктом, компьютер — просто железная коробка. Да и в покрытии этой коробки тоже используются особые композиты. А становится ли автомобиль продуктом не машиностроения, а нанотехнологий, если в его производстве использовано стекло, на котором не оседает конденсат, а в фарах установлены светодиоды?

На самом деле мы давно имеем дело с нанопродуктами. «То, что физика возникла относительно недавно, еще не значит, что до этого законы физики не работали. То же самое и с нанотехнологиями», — объясняет управляющий директор «Роснано» Дмитрий Лисенков. Немнущаяся и водоотталкивающая бумага, энергоэффективное стекло, пропускающее свет, но не выпускающее тепло для холодных стран и наоборот — для жарких. Все это далеко не новые нанопродукты.
Зенкер и подшипник

Вопрос «в каких отраслях нужны нанотехнологии?» лучше сформулировать так: каким отраслям нужно улучшение свойств производимых продуктов? Атомная промышленность, авиастроение, строительство, медицина, химическая отрасль, пищевая промышленность… Безусловно, где-то применение нанотехнологий рентабельно, а где-то нет — все зависит от спроса, от рынка. Дмитрий Лисенков приводит в пример использование керамики в машиностроении: «Есть обычная керамика — это не только посуда, это могут быть водостойкие изделия, скажем, подшипники, которые могут долго работать под водой, в нефтедобывающих насосах. За счет особых способов запекания получили наноструктурированную керамику — это удлиняет срок жизни подшипника, а значит и всего насоса, который погружают на километры». Достать и отремонтировать насос стоит десятки тысяч долларов — благодаря наноструктурированной версии бизнес экономит на ремонте, добывает больше нефти (не тратит времени на ремонт) и делает это более качественно.

«Мы производим осевой и монолитный твердосплавный инструмент — сверла, зенкера, развертки, — рассказывает генеральный директор компании «НИР» Валерий Жигалов. — Наноструктурированное покрытие позволяет нам значительно повысить производительность инструмента и качество обработки деталей. Традиционные технологии в этой сфере сильно уступают. Фактически они потеряли актуальность для заказчиков».

Необходимо понимать, что на каждом предприятии нанотехнолог нужен в строго определенном месте. То есть, если человек приходит работать в авиаконструкторское бюро, он будет заниматься только разработкой особых материалов, в строительстве — дисперсными материалами, в химической промышленности — катализаторами и мембранами. Нанотехнолог не может работать без остальных специалистов.

«Во всех флагманских отраслях есть точки соприкосновения с нано», — уверен заместитель декана факультета наук о материалах МГУ им. Ломоносова Евгений Гудилин.
Акула капитализма

Внедрить инновационную технологию в производство всегда непросто. «Бизнес годами работает по определенной технологии. Руководитель знает рынок, знает маржу. К нему приходит какой-то сумасшедший и объявляет, что может сделать производство в 3 раза дешевле. Его никто не послушает, потому что старая технология уже работает, а будет ли работать новая — неизвестно», — говорит Евгений Гудилин.

Предприятия зачастую слишком боятся меняться. Чтобы проверить новую технологию на практике, необходимы большие капиталовложения, нужно разрушить все старое, а новая технология может за это время уже устареть. Немногие решаются на такой риск. Впрочем, как считает Дмитрий Лисенков, выбора у компаний все равно нет. «Из-за конкуренции приходится постоянно развиваться. Бизнес — это акула, которая должна не только постоянно плыть, но и плыть чуть быстрее остальных», объясняет управляющий директор «Роснано».

Коммунизм в бизнесе невозможен. Вы когда-нибудь слышали об индустрии, где все компании успокоились и договорились, что остановятся на достигнутом, и все будут жить мирно и счастливо? «Периодически бизнес должен делать серьезные скачки, в остальное время он внедряет технологии потихоньку. Улучшения, новое оборудование, совершенствование технологического процесса нужно постоянно», — продолжает Дмитрий Лисенков. С ним соглашается и Валерий Жигалов: «Нанотехнологии обладают практически безграничным потенциалом инновационных решений. Очевидно, что за ними будущее, ведь они позволяют сокращать издержки и повышать качество продукции».

При этом нанотехнологии, как и всякий бизнес, не всегда приносят прибыль. «Мы рассматриваем проекты, которые кажутся нам инвестиционно привлекательными, — говорит Дмитрий Лисенков. — Те же светодиоды «Оптогана» — мы рассчитываем, что они будут экономически выгодны. Но это же рынок, он постоянно меняется, и у нас много конкурентов, инвестирующих в новые технологии. Безусловно, какие-то наши идеи могут не сработать».
Спрос и предложение

Несколько другая ситуация на Западе. К примеру, в США нет гигантов вроде «Роснано», там есть отдельные производящие компании и кластеры новых предприятий, сосредоточенные вокруг университетов и научных центров. Компании производят монопродукт, а не распыляются на все сразу. Этот продукт только они и знают как делать, поэтому спрос обеспечен. Такой подход не требует больших капиталовложений, он очень наукоемкий и гарантирует рынок.

Однако Евгений Гудилин напоминает: чтобы говорить о существенных продажах, необходимо иметь патенты на разработки. Патент же — дорогое удовольствие, то есть все равно маленьким компаниям придется кооперироваться с кем-то из более крупных игроков.

Непросто дело обстоит и с рынком. Россию — всего 140 млн человек — нельзя рассматривать как большой рынок, мы являемся лишь частью глобального. А на этот самый глобальный рынок выйти тоже проблематично, учитывая отсутствие защищенной интеллектуальной собственности. Вариант Китая с его дешевой рабочей силой и производством подделок (которые, безусловно, находят своего покупателя) не хочется считать подходящим для России. «Пока мы можем лишь пытаться заместить уже имеющиеся импортные продукты своими. Надо найти свою нишу, сделать свой продукт, — рассуждает Евгений Гудилин. — В научном плане мы еще можем быть на уровне, а с продажами — пока нет». Предприятий, которые были бы заметны на мировом рынке, у нас и впрямь немного. В качестве примера можно назвать компанию НПП «Центр перспективных технологий», еще с советских времен производящую сканирующие зондовые микроскопы.

По расчетам «Роснано», объем российского рынка нанотехнологий составит 900 млрд рублей. Впрочем, Евгений Гудилин относится к этой цифре скептически: «Ее же можно по-разному посчитать. Например, делается светодиод — стоимость его невысокая. Но в стоимость всей нанопрограммы по изготовлению светодиодов входит и капитальное строительство завода, и покупка земли под него — вот и получаем сумму». Он считает, что потенциал развития нанотехнологий сильно переоценили те, кто инициировал программы.
Придет ли терминатор?

Конечный потребитель не всегда знает, что товар, который он покупает, является нанопродуктом. «Многим и не надо знать, — говорит Дмитрий Лисенков. — Потребителю важны характеристики продукта, его цена и срок действия. А от чего это зависит — детали, которыми не всем стоит забивать голову». Но есть потребители, наоборот, увлеченные новыми технологиями. Генри Форд не зря говорил, что лучший автомобиль — новый автомобиль. Не просто так люди по всему миру, купившие в свое время самый первый айфон, сейчас стоят в очередях за четвертым и всерьез подумают о пятом.

Обычная лампочка стоит 170 рублей, светодиод — около 500 рублей. Часть покупателей решит, что светодиод светит лучше. Другая учтет, что срок жизни светодиода в несколько раз дольше. Но третья часть потребителей все равно обратит внимание только на разницу в цене.

Есть и такая группа потребителей, которая боится нанотехнологий. Впрочем, Дмитрий Лисенков не видит в том особой проблемы: «Интернета же никто не боится, а вспомните, какая была реакция вначале? Нет никакой нанопыли, не будет никакого терминатора. Конечно, как и серную кислоту, не следует брать нанотрубки в руки и нюхать их. Но это уже проблема не технологии, а самого человека. Просто следует соблюдать элементарные правила безопасности».

Потребителя нужно создавать. Нужно популяризировать нанопродукцию, чтобы люди не боялись ее покупать. «Сегодня мы рассказываем о нанотехнологиях в общем, а когда наши проекты выйдут на стадию реализации — это примерно 2012-2013 годы — будем говорить о каждом конкретно», — подчеркивает Дмитрий Лисенков. Пока же нанопродукты остаются экзотикой.

Сильно вредят нанотехнологиям шарлатанские продукты. Расплодившиеся наномойки, не имеющие к нанотехнологиям никакого отношения, нанокремы для загара и многое другое. Такие продукты мешают потребителям увидеть истинный смысл нанотехнологий. Но, безусловно, потребитель рано или поздно во всем этом разберется.

Похожие новости: